Обелиски. История бойца-барьера. Глава 4
Читателям DTF
Привет. С недавних пор решил заняться художественной литературой. Очень люблю читать, с самого детства. Также с тех самых пор начинал писать небольшие рассказы. Нигде никогда не публиковался и, наконец-то, решился. На DTF буду выкладывать по одной главе, постараюсь соблюдать достаточно бодрую периодичность, но, к сожалению, скорее всего, ввиду основной работы, не смогу позволить себе больше одного авторского листа в две недели (1 глава в 2-3 дня).
Опубликовал вторую часть романа в ЛитРес (два с половиной авторских листа из шести), поставил для себя цель – дописать его к концу июля (6-8 авторских листов).
На данный момент, целиком и полностью готов краткий план по главам, за некоторыми исключениями, полностью оформлен центральный сюжет. Написана половина книги (ещё не опубликована). Прописан мир, характеры основных и некоторых второстепенных персонажей. Судите строго, не стесняйтесь ругать и исправлять меня.
По орфографии, пунктуации и грамматике можете также предлагать исправления, но, после полного написания книги, я обязательно закажу редактуру всего романа.
Содержание
Глава 4. Знакомство с отрядом
В казармы я вернулся отдельно от группы, и Миша сразу кинулся расспрашивать меня.
– Серьёзно, в первый день и сразу с Дамаском? Вот это удача. Когда вылет?
– Я не знаю никаких деталей. Совсем. Кажется, что Симонов тоже был в шоке. Майор сказал, что дело срочное, но простое.
– Круто…
Он резко заткнулся, так как в казарму зашёл лейтенант и направился прямо к нам. Мы вытянулись по струнке и отдали честь.
– Вольно. Курсант Александров, основные вещи можешь оставить в части. Собери походное снаряжение, экипировку, жду тебя у входа через двадцать минут.
С этими словами, он развернулся и резко отправился к выходу из расположения. Мне пришлось срочно собираться, обмениваясь колкостями с Мишей. Тот затараторил и было видно, что он разволновался, хоть и старался не подавать вида. Я постарался его успокоить.
– Не дрейфь, завтра проставлюсь, после задания.
– Смотри, я тебя с того света достану.
Лейтенант Симонов привёл меня в казарму, где располагался отряд Дамаск. Конечно, мне было дико интересно и волнительно. С чего такая спешка? Почему именно я? И самое главное - как меня примет отряд? В последнем вопросе, как оказалось, все мои страхи были напрасны.
– Рядовой Александров в ваше распоряжение прибыл. Капитан Попов, принимайте вашего временно исполняющего обязанности барьера.
– Александров! Добро пожаловать в отряд! Вольно. Располагайся на койке, Токарева введёт тебя в курс дела, а Дымов выдаст снаряжение. Спасибо, лейтенант Симонов, можете идти.
Попов. Мой первый и последний капитан, командир, соратник и просто крутой мужик. Все знания, которые я получил в боях – от него. Его харизма, воля и неисправимый оптимизм вытаскивали отряд из самых сложных передряг. Состав отряда был тщательно подобран, каждый солдат находился на своём месте. Два берсеркера, два естественника, лекарь, обычный солдат, я, в роли барьера, барьер и сам Попов. От них исходила невероятная аура тепла и спокойствия, и я никогда не забуду нашу первую встречу.
– Токарева – наш…
– Лекарь. – перебил его я. – Это честь быть, хоть и временно исполняющим, под вашим началом… Простите, капитан.
Командир немного нахмурился, поскольку не ожидал моей реакции, кроме того, я перебил старшего по званию. Но, видимо, его не смущало небольшое несоблюдение субординации.
– Хорошо. Неплохо. Ты уже прочитал наши дела?
– Никак нет, капитан. Врождённое чутьё.
– Забавно, а что про других скажешь?
Я обвёл всех своим взглядом, останавливаясь на каждом и называя их специализацию. Этому фокусу я научился на опытах у доктора Потанина – если я немного концентрируюсь на бойце с ярко выраженными способностями, то начинаю видеть завихрения вокруг него. Обелисковое поле у каждого из бойцов немного своё – доктор сразу сказал, что характерный «окрас» поля связан с его специализацией.
Несмотря на то, что каждый из бойцов может пользоваться, совсем немного способностями другого рода, всё же основная специализация преобладает и формирует вокруг кинетика дымку с только ему присущими завихрениями и цветами. Берсеркеры чаще всего окружены синим или голубоватым ореолом, сам ореол постоянно движется по кругу. У естественников преобладают жёлтые, оранжевые и красные цвета, кроме того, дымка движется снизу вверх. «Аура» лекарей – самая спокойная, движение слабое, почти незаметное, цвета из которых она состоит ближе всего к зелёным оттенкам.
Но на капитане и ещё одном члене отряда – сержанте Дымове, я задумался. Вокруг них не концентрировалось никаких потоков, ни одного отблеска. Тем не менее, у них были высокие звания, и я догадался, почему. Дело в том, что обычные солдаты лучше ориентируются на поле боя во время столкновений психококинетиков друг с другом. Мы вынуждены максимально концентрироваться на потоках, тогда как люди без способностей гораздо лучше и быстрее оценивают материальный мир. Кроме того, плетение, распутывание и вообще любые действия с обелисковыми полями истощают ресурсы человеческого организма. Порой, отряду приходится вытаскивать особо усердных бойцов из гущи боя на своих руках.
– Простите, но вас и Сержанта Дымова я не могу считать. Кажется, что вы не обладаете никакими способностями. Что вполне логично и хорошо согласуется с текущей доктриной.
– Молодец. Мы действительно с Сержантом обычные солдаты. И меня радует, что ты понимаешь причину нашего командования отрядом. Думаю, мы хорошо сработаемся.
– Капитан, простите за бестактный вопрос. Куда делся ваш прошлый барьер?
– Он находится на реабилитации после прошлого задания. Ему пришлось несладко – близко к точке выхода, стая орнитоморфов набросилась на наш отряд, а досталось больше всего Анатолию. Он хорошо поработал и заслужил отпуск.
– Спасибо за пояснение. Что мне делать дальше?
– Кидай свои вещи, и пошли на ужин. Познакомишься с остальными поближе.
Орнитоморфы, о которых рассказал капитан – это большие птицы-переростки. Их основная тактика – набрасываться на жертву всем скопом, выставляя вперёд свои когти. Размах крыльев – как у орланов, когти ужасно деформированы и на них абсолютно отсутствует кожа, на концах крыльев также появились когти, как у птеродактилей. Как и у других изменённых существ, у орнитоморфов деформировались глазные впадины, но само зрение сохранилось. Чаще всего, этих существ привлекают металлические предметы – оружие, значки, техника. Поэтому, со временем, люди заменили блестящие материалы на матовые, пластиковые и композитные детали. Тем не менее, иногда орнитоморфы нападают на людей и без блестящих предметов, поэтому, на открытой местности, нужно всегда быть вдвое готовым к нападению.
Первые особи были замечены сразу после Инцидента – обелисковые поля очень сильно повлияли на всю фауну, вначале непосредственно возле обелисков, а потом их зона значительно увеличилась. Наибольшие мутации получили существа в непосредственной близости к источникам. Сами орнитоморфы мутировали из обычных ворон, сорок, голубей и других птиц, обычно населяющих города. Термин «орнитоморф» был введён, как обобщающее название всех летающих мутантов, но есть и отдельные виды, внесённые в интернациональный реестр. С некоторыми лучше вообще никогда не встречаться.
Столовая находилась между корпусом курсантов и корпусом отряда, в который меня временно назначили. Мы добрались до неё бодрым шагом, и капитан по дороге рассказал мне немного об отряде. Отряд Дамаск всегда выдвигался в одной из первых линий разведки местности, перед началом любой операции в регионе. Чаще всего, разведывательные миссии проходили без особого шума, но периодически, в бой приходилось вступать. Капитан оказался разговорчивым, дружелюбным и любящим свою команду. Кроме того, он проявил ко мне почти отеческую заботу и подбадривал по любому поводу.
– Я думаю, ты всем понравишься. За столом увидишь всех вместе и посмотришь наш дружеский коллектив. Пока расскажи о себе немного.
Пока мы стояли в очереди и получали еду, я успел рассказать о том, как попал в часть. Немного рассказал о тренировках, друзьях и прошлом, опустив информацию о трагической гибели семьи. Взяв тарелки, мы направились к уже сидевшему за общим столом отряду. При виде капитана все резко встали.
– Вольно! Я же говорил, нам хватает субординации на заданиях и на полигонах. Во время отдыха и, в особенности, еды мы все друзья. Расслабьтесь и спокойно ужинайте.
Капитал сел посередине, поставил еду на стол, я сел, с другой стороны. Два члена отряда, шумно пододвинулись ко мне и стали выжидающе на меня смотреть. Я немного смутился, и, не найдя, что сказать, протянул им кусок хлеба.
– Хлебушка?
Они оба взорвались таким заразительным хохотом, что засмеялись все – и я, и остальные члены нашей команды. Два бойца – это Коля Буянов и Саша Хлебников. Позже я узнал их гораздо ближе – вечные друзья, которые никогда и нигде не расставались и все задания выполняли в паре. Всегда работали сообща, капитан называл их идеальным дуэтом и ставил остальным в пример. Каждый из них был хорош по-своему, но вместе вытворяли какие-то поразительные вещи на поле боя. Николай – берсеркер, а Саша – естественник. Вместе они создавали просто умопомрачительные совместные плетения во время вылазок.
Ужин прошёл под весёлые истории отряда и мои удивлённые возгласы. Конечно, они много чего приукрасили, но это было неважно. В отряде Дамаск я почувствовал себя, как когда-то дома.
Я безмерно благодарен дяде, который приютил меня и всему научил. Но он всё время был занят и не смог дать мне того, что я почувствовал, как только переступил порог казармы и услышал голос капитана. Смех, взаимная поддержка, подколки, искры, пролетающие между друзьями, которые прошли вместе столько испытаний. И я, хоть и на время стал частью этой семьи.
Глава 5. Вылазка (скоро)
Ссылка на книгу
Комментарий недоступен
Взаимно)
Смелое заявление.