Десять лет L.A. Noire: актёры из игры рассказали о кастинге, съёмках с захватом движений и влиянии проекта на их жизнь
Перевели материал издания The Hollywood Reporter.
В мае 2011 года в продажу поступила L.A. Noire — детективная игра о Лос-Анджелесе 1940-х годов, вдохновлённая нуарными фильмами. Её разработала Team Bondi, а издала Rockstar Games. Вскоре после выхода студия закрылась, и Rockstar самостоятельно поддерживала L.A. Noire: в 2017 вышло переиздание для PS4, Xbox One и Nintendo Switch, а в конце того же года компания выпустила The VR Cases — порт игры для очков виртуальной реальности.
За десять лет с момента выхода L.A. Noire обрела культовый статус среди игроков — она остаётся чуть ли не единственной заметной детективной игрой среди современных проектов. В честь этого знакового события издание The Hollywood Reporter взяло интервью у актёров, сыгравших роли в L.A. Noire, а мы перевели их ответы.
Лора Шифф и Кэри Аудино, работавшие кастинг-директорами сериала «Безумцы», привели меня на прослушивание ролей в L.A. Noire. Моё имя всплыло в списке кандидатов. Не уверен, как всё прошло, но я очень рад, что всё вышло так, как вышло.
В то время я играл во множестве игр вроде Call of Duty и Halo, а L.A. Noire показалась мне интересным и захватывающим произведением. У «Безумцев» как раз была пауза между съёмками сезонов, так что я словно совершил туристический поход, согласившись сыграть в игре.
Для съёмок использовались две разные технологии. Одной из них была motion-capture — то есть, я играл на площадке в гидрокостюме с прикреплёнными маленькими шариками. В первый день съёмок мы выполняли различные двигательные упражнения вроде бега, спринта, прыжков и приседаний, чтобы записать всю палитру движений для анимаций в игре.
А затем мы делали всякие другие штуки, среди которых было взламывание дверей и держание винтовок в руках. Первые три месяца были посвящены съёмкам в motion-capture. А затем три месяца с технологией MotionScan растянулись на целый год.
На съёмках с этой технологией нас окружали 36 камер. Я находился в белой комнате, в которой говорил каждую строчку сценария. За время работы я прочитал 5000 страниц текста, которые проговорил красному крестику передо мной. Я мог поворачивать свою голову на 45 градусов в любом направлении, вверх и вниз. Но разработчики хотели, чтобы я сидел и не шевелился. Каждая сессия длилась по полтора часа. Каждую строчку я читал тремя разными способами, а затем мы приступали к следующей.
Из съёмок я помню, что часто говорил перед камерой своё имя и номер значка — «Фелпс. Значок номер 1247». И ещё помню цитату: «Ты экономишь на правде». И ещё в игре была тактика ведения вопросов под названием «сомнение» — она в процессе разработки называлась иначе. На съёмках мы её обозначали как «принуждение». Не физическое принуждение, скорее это было эмоциональное давление в духе «Прекрати! Выкладывай факты!». В этой опции была напряжённость, которая должна была встряхнуть момент.
Саундтрек в игре попросту замечательный, и геймплей у неё такой элегантный — едешь по городу и слушаешь музыку. Я прошёл только до середины первого отдела, потому что всё время отвлекался на свою актёрскую игру — я ужасно сыграл. Меня это расстроило, и я не мог понять, в чём дело. А я знал, что в игре скоро возрастёт градус напряжения.
Я ни разу не слышал о возможном продолжении L.A. Noire. Если бы его разработали, то мне было бы интересно, куда свернёт сюжет после смерти Коула Фелпса. Время от времени меня узнают по роли в этой игре. И это заставляет думать, насколько невероятной всё же была технология MotionScan.
На самом деле я заменил какого-то другого актёра. С тем, кого они позвали изначально, ничего не вышло — и меня пригласили сыграть бармена. Мне вообще не пришлось играть на фоне зелёного экрана в костюме с шариками для пинг-понга. Они добавили моё лицо к телу какого-то другого актёра. И озвучка этого лица была одной из самых странных ролей в моей карьере.
Когда я в прошлом году начал играть в сериале «Страшные сказки: Город ангелов», ко мне подошли Дэнни Зоватто, исполнивший главную роль, и режиссёр Пако Кабесас. Они сказали: «Боже мой! Ты играл в L.A. Noire?!». Оказывается, ребята играли в неё, чтобы прочувствовать атмосферу Лос-Анджелеса 1930-х годов. Это было забавно.
Я думаю, что рано или поздно телевидение, кино и видеоигры сольются в одну захватывающую альтернативную реальность. И я готов сыграть в ещё одной игре — лишь бы сценарий у неё был хорошим. Я думаю, что у большинства видеоигр короткая продолжительность жизни. В них все играют, а затем о них забывают. Но есть игры вроде Portal, которые остаются в сердцах игроков, и это действительно здорово. Доказывает, как хорошо они сделаны и написаны.
Лора Шифф и Кэри Аудино спросили, хочу ли я сыграть в этой игре, а я подумала: «Это было бы здорово!». Между первыми и последними съёмками для неё прошло полтора года, так что это было одновременно странно и весело.
Помню, как мне говорили постоянно двигать какой-то частью тела — а в фильмах обычно просят сделать что-нибудь один раз и не шевелиться. Декорации тоже отсутствовали, на площадке были только очертания дверей и стульев. И им приходилось делать мне причёску, в которой не было распущенных волос — ни единого распущенного волоска. Это было очень странно.
Съёмки в этой игре отличались от всех остальных проектов, в которых я участвовала. Этот опыт был и весёлым, и сложным, потому что ты хочешь сыграть как можно лучше, но потом думаешь: «Ай, я не знаю, что я, чёрт возьми, делаю, поэтому буду пробовать». А ещё было весело, когда игра вышла: я тогда жила в Палм-Спрингс и очень радовалась, когда мне доставили на почту мою копию L.A. Noire, которую я приобрела в первый же день.
Эта игра была весёлой! И очень сложной! Моя семья живёт в Ирландии, и все мои близкие купили игру. И мы отправляли друг другу по e-mail разные улики и доказательства. Мне не хотелось жульничать. Я хотела узнать, смогу ли сама пройти игру.
Я играла в фильме Клинта Иствуда «Флаги наших отцов», действие которого разворачивается во время Второй Мировой войны — и этот период довольно близок к L.A. Noire. Мне очень нравятся исторические фильмы.
Эта игра была виртуозной. Видение разработчиков было очень убедительным. И я думаю, они не срезали углы в сюжете. Мне кажется, они никому не продавались, поэтому разработка заняла так много времени.
Кэрри и Лаура спросили у меня, хотел ли я сыграть в игре. И я сказал «Да!». L.A. Noire вышла раньше Firewatch (Рич Соммер сыграл в этой игре главного героя — DTF), так что эта игра была первой в моей карьере. И это было удивительное знакомство с индустрией, потому что с тех пор я ни разу не сидел на разноцветных ящиках в костюме с шариками для пинг-понга.
Я снимался для игры всего два дня. Один день я играл в костюме для motion-capture, а в другой — записывал реплики с захватом лица. Было очень странно сниматься вместе с Аароном Стэтоном, а ведь мы с ним уже несколько лет вместе снимались в «Безумцах». Мне очень понравился сценарий L.A. Noire. Очень бы хотелось, чтобы таких игр было больше — интеллектуальных, в которых нет акцента на экшене. Где надо продумывать свои действия наперёд. Вот что сделало работу над этой игрой такой увлекательной.
Мы с Аароном так долго вместе играли в «Безумцах», что нам не пришлось привыкать друг к другу — мы уже сделали половину всей работы. Но когда начались съёмки, всё свелось к тому, что я сидел напротив другого человека и разыгрывал сцену. Я его знал и не знал одновременно.
Я играл в L.A. Noire, но не прошёл её. И это не из-за качества самой игры! Я вообще в своей жизни прошёл очень мало игр, в которых главным героем выступает не Марио. Но L.A. Noire мне действительно понравилась. Она была сложной для прохождения. Я так и не научился играть в неё хорошо и не уделял игровому процессу много внимания. Мне она понравилась и тематически, и на обывательском уровне — 75% актёров в игре знакомы мне по «Безумцам». Помню, как я шёл по игровой улице и на меня накричала моя коллега по площадке Джули Макнивэн — это было сюрреалистично.
Сама игра похожа на временную капсулу. Полтора года назад я купил Nintendo Switch, и одной из первых игр для консоли стала L.A. Noire, хотя она у меня уже есть на Xbox.
Всё произошло так быстро. Мне сказали: «Сможешь прийти через несколько дней и сыграть роль? Завтра мы тебе пришлём сценарий, а послезавтра наложим грим и сделаем причёску». Я даже не знала, что это за проект, но очень доверяла Кэрри и Лауре. Я позвонила отцу — он хорошо разбирается в фильмах, особенно старых. И он сказал: «Посмотри „Глубокий сон“, „Почтальон звонит дважды“ и все картины с Ланой Тёрнер и Лорен Бэколл». И я провела целый день за просмотром этих фильмов.
Я получила сценарий, а в нём было много одинаковых строчек, в которых отличались только несколько слов, и их было очень трудно запомнить. В обычной жизни у меня очень длинные волосы, а для игры нужно было, чтобы ни одна прядь не выпячивалась. Так что мою причёску уложили в стиле 40-х, она была очень пышной. И грим был довольно специфичным — только так камера могла записать мои движения. Я снималась одна в комнате с кучей камер. Это напоминало «Заводной апельсин».
Брендан Макнамара (геймдизайнер и сценарист L.A. Noire — DTF) — отличный человек, очень конкретный. Он говорил те строки, которые я должна была сказать, а я произносила их несколько раз разными способами. И так мы прочитали каждую строчку. Лорна как персонаж была интересной — кажется, что она злая женщина, но на самом деле нет.
Съёмки были великолепными! Все получали удовольствие. Я говорила «о, привет!» всем ребятам из «Безумцев». Они прекрасные люди. Я смотрела прохождение L.A. Noire на YouTube, потому что очень плохо разбираюсь в играх. Я не могу заставить своего персонажа двигаться — он всё время утыкается в стену. Может, у меня не очень хорошая зрительно-моторная координация. Я не хотела позориться на глазах у друзей.
L.A. Noire мне показалась крутой, но смотреть на выражение моего лица было немного страшновато. Тогда я ещё не знала, что игра будет выглядеть так реалистично. Это какой-то сюрреализм! И спустя десять лет она всё ещё выглядит великолепно!
Съёмки для меня были счастливым стечением обстоятельств, потому что я совсем не понимала, что там происходило. Режиссёр рассказывал мне о новых технологиях, которые они использовали, и о том, насколько они все были взволнованы. И создание этой игры казалось чем-то особенным.
Мне позвонил мой менеджер и спросил, не хочу ли я сыграть роль в L.A. Noire. А я ответил: «Эээ... конечно». Я не геймер. В подростковом возрасте играл в игры. Но я знал, что это большой проект, и что главную роль там исполняет Аарон Стэтон. Так что да.
Во время съёмок я был в полном восторге. Это было очень странно. Я произносил свои строчки и старался не замечать, что все на площадке были в колготках, покрытых шариками из пенопласта. Самая странная часть съёмок, безусловно, — захват движений лица в комнате. Я думал, что никогда оттуда не выйду. Весь процесс был очень напряжённым.
L.A. Noire — единственная игра, для которой я исполнил роль. В них я не особо разбираюсь, но это был особенный случай из-за актёров, да ещё мне повезло сыграть Микки Коэна (знаменитый гангстер в Лос-Анджелесе 1940-х годов — DTF). Я люблю этот временной период и люблю играть в произведениях об этом времени. Я провёл небольшое исследование для роли, но не сильно перегружал себя этим. Я понял, кем был этот парень, и понял, как нужно разыгрывать сцены с ним.
Я никогда не играл в видеоигры — да, я один из таких людей. За эти десять лет я видел много скриншотов L.A. Noire. Хотел бы сыграть в неё в будущем, наверное, когда-нибудь я должен это сделать. Её приняли очень хорошо. Я сыграл во множестве фильмов, и многие люди узнавали меня на улицах или писали мне в соцсети благодаря этой игре. L.A. Noire входит в пятёрку моих самых узнаваемых проектов.
Это меня смешит. И это происходит до сих пор: кто-то недавно упомянул L.A. Noire при разговоре со мной. По-своему эта игра стала частью истории.
Зельник с тебя ремастер
Комментарий недоступен
Комментарий недоступен
Уже есть на PS4 и XONE
Комментарий недоступен
Жаль не взяли интервью у Питера Блумквиста, который сыграл Харлана Фонтейна и позже Мику Белла в РДР2🗿
Micah you cringey son of a bitch!